Войти с помощью: 
Войти с помощью: 
Пароль будет отправлен вам на e-mail.

Бурные дискуссии вокруг сноса домов на улице Леваневского не стихают как в архитектурных кругах, так и среди брестчан, настаивающих на том, что улица должна сохранить свой первозданный вид, а уничтожение старинных деревянных построек — практически преступление. Мы встретились с архитектором, градостроителем и автором проекта новых домов Алексеем Анатольевичем Андреюком, чтобы убедиться, что будущее одной из самых уютных и атмосферных улиц Бреста в надёжных руках.


Дома на Леваневского — яркий пример вечного конфликта между любителями старины и теми, кому приходится в этой самой старине жить: совершенно без удобств и в условиях, когда всё вокруг постоянно протекает и обваливается. Решение о сносе необходимо принимать срочно, так как дома находились в аварийном состоянии, а падающие травмоопасные балки представляют угрозу для жизни — рассказывает Алексей Анатольевич.Вопрос «А стоит ли» действительно часто становится предметом диспута. Впрочем, как и вопрос регенерации всего Бреста. Есть определённая группа людей, которая считает, что улицу стоит «мавзолизировать» и превратить в памятник, оставив всё как есть.

Однако выступающих за «консервирование» зданий зачастую волнует только то, что здание «нравится», а вот как там живётся — уже не их забота.

И хотя эта мысль передаёт позицию людей, которые привыкли к определённой среде, нужно понимать и современные реалии жизни. Ведь можно сохранить среду, используя новые приёмы и современные материалы, удержав при этом пространственный модуль, который позволит чувствовать эту самую среду такой, какой она должна быть.

Деревянные дома, скажем так, не очень хороши в жизни. Это, кстати, и удобства на улице — в то время строили именно так. Кроме того, относительно каменных строений это всё-таки бедное жильё, которое являлось скорее не постоянным решением, а вынужденной мерой на определённый период. Проекты тогда рисовались красивые, но вот реализация была такой, какая была доступна в сложившихся условиях.
Юлиана Лисецкого (архитектор, работавший над проектом улицы — прим.ред.) постигла та же участь: что-то реализовалось, а что-то просто заполнилось домиками попроще. Шли годы — прочные каменные строения стоят до сих пор, но дерево имеет свой потолок, предел износа, как и всё в этом мире. В этом и есть главная проблема истории. Хотим мы или нет, но рано или поздно приходит время, когда со зданием, возведённым сто лет назад, необходимо что-то делать. И если такое здание реставрировать, то, как показывает опыт, его необходимо будет полностью убрать и выстроить заново, если это действительно строение исторического значения. Планировка, разумеется, при этом тоже должна будет измениться.

Люди, проповедующие сохранение и консервацию, ссылаются на международный опыт и культурное наследие. Однако не стоит забывать, что отправная точка у такого международного опыта очень разная.

Мы, формально, можем это сделать, если поднатужимся, но тут же возникают вопросы: «А что, собственно, с этим делать? Как это будет работать?» Могу заверить, что это станет ущербным и невыгодным строительством, несмотря на то, что первоначальный облик для жителей города будет сохранён.

Приведу в качестве примера Флоренцию — город, в котором запрещена перестройка так называемого «центрального прямоугольника» улиц. Это как раз тот случай, когда исторический центр превратился в своеобразный «мавзолей». Однако разница между Брестом и Флоренцией в том, что во Флоренции архитектура позволяет это сделать и перед консервацией прошла тысяча лет строительства соборов, совершенствования, наращивания и уплотнения самой ткани города.
Теперь же Флоренцию каждый год посещают миллионы туристов, каждый из которых оставляет в этом замечательном городе деньги, сам этого не замечая. Буклет о городе — 10-15 евро, посещение Санта-Мария-дель-Фьоре или базилики Сан-Лоренцо — ещё 5 евро. А тут и магазин «Prada», в котором грех не купить книжку про историю модного дома. И вот такие чисто ознакомительные вещи приносят доход, окупают реставрацию и поддержание законсервированного архитектурного фонда, принося куда больше прибыли, чем безликие современные небоскрёбы.

Ещё один важный момент — во Флоренции ценности создавались на протяжении тысячи лет, и сохранять действительно есть что. Ведь неслучайно же туда едут туристы. Мы же, ничего не создав, хотим что-то сохранить.

Вызвать бы дух Лисецкого и спросить: «Как считаешь, Юлиан? Приходит новое время и новые возможности. Что делать с твоими домами? Прилизывать, или всё-таки построить современное жильё, придерживаясь твоего стиля?». И я догадываюсь, что бы Лисецкий ответил.

Если попросить людей, высказывающихся в пользу сохранения отживших своё деревянных домов, посчитать, довести свою концепцию до того состояния, чтобы все туристы ехали мимо Флоренции прямиком в Брест наслаждаться достопримечательностями — не вопрос! В этом случае у города появятся средства на то, чтобы создать свою собственную Флоренцию. Только вот в Бресте такое пока что нереализуемо. Вот через тысячу лет — возможно.


Меня часто спрашивают о том, откуда я черпал вдохновение для проекта. Можно сказать, что вдохновила меня как раз сложившаяся ситуация. И, признаюсь, когда мне задают вопрос о том, чем для меня является «генотип Бреста» —  называю именно улицу Леваневского, по которой мы сейчас и прогуливаемся, наблюдая прекрасные дома, являющиеся частью города того времени. Времени архитектора Юлиана Лисецкого. Пласт зданий такого же типа, к слову, вы сможете найти в Кракове: в то время строили именно так, и Брест попал в это течение.Уникальность проекта польского архитектора в том, что был найден специфический стиль. А это, к сожалению, случается в истории не так часто. В данном случае Лисецкий создал проект, который задумывался как «Город солнца». Это линейная конструкция, а чуть левее по дуге остались несколько домов и выход в сквер, который сейчас стал площадью у горисполкома.

Проект Лисецкого — целостная концепция и целостная задумка, которая, однако, реализована не совсем удачно. На улице есть каменные строения, но в ансамбль попал и ряд деревянных домов, которые выбиваются из композиции.Улица в данный момент застроена двумя типами домов: это так называемый мягкий «Styl Narodowy» с колоннами и черепичной кровлей, соседствующий с модерновым конструктивизмом. Лисецкий таким образом в своё время сформировал композицию этого района. И если переходить к основной идее моего проекта, то это просто продолжить идею Лисецкого так, как если бы Юлиан имел доступ к стеклу, металлу и современным технологиям. 

Вы понимаете сложившуюся ситуацию и масштаб: когда Юлиан проектировал эту улицу, в Бресте проживало около 40 тысяч человек. Сейчас — более 300 тысяч. Время ушло, окружение стало совсем другим, однако когда заходит речь о вдохновении, то хотелось бы всё-таки сохранить дух этого места. Другой вопрос — с помощью каких материалов это реализовать и как же построить разрешённые регламентом двухэтажные дома?Формально, можно привезти обычные двухэтажные панельные домики — регламент не будет нарушен, однако дух и эстетика места будут полностью разрушены. Поэтому могу заверить, что главная задача этого проекта — сохранить тот самый «масштаб».

Это некоммерческое строительство, и, хотя реализацией проекта занимается «Полесьежилстрой» — прибыли тут нет. А чтобы это стало прибыльным предприятием, то на Леваневского стоило бы построить девятиэтажки, что, конечно же, в этом районе совершенно неуместно и глупо.

Эта территория является памятником республиканского значения, памятником градостроительству. Есть регламент, который ограничивает застройку, поэтому девятиэтажки или другие абы какие дома построить тут не получится по закону.Вся предложенная в рамках проекта архитектура согласована лично мной в Министерстве Культуры и базируется на архитектуре уже существующей. Кроме того, ставится вопрос и об эффективности использования территории на каждом этапе, требующий от меня чёткого обоснования.


Мы стоим на месте, где будет построен панельный дом, состоящий из шести квартир. Аналог — дом политпросвещения, к которому примыкает домик по улице Белова — строение ещё польских времён.Вы видите здание (проходим мимо деревянного домика). Чем оно архитектурно выразительно? Можно поставить цель его отреставрировать, но другой вопрос — нужно ли это делать? И этот вопрос касается не только Леваневского, но и всего старого города.
Как бы хорошо ни было — время проходит, и необходимо что-то менять. Об этом нам часто говорит даже сама природа (Алексей Анатольевич смотрит на раскрошившееся каменное крыльцо). И мы постоянно стоим перед этим выбором — не только архитекторы, но и обычные жители города.Волосы седеют — давайте в таком случае постановим заодно, чтобы я стал молодым и навечно остался в возрасте тридцати лет. Можно принять этот законопроект и официально его запротоколировать, только вот от этого ничего не изменится.

Город — живой организм. Он рождается, стареет и умирает. Но, в отличие от человека, обновляется. Бреста, который был сто лет назад, больше нет. Он переродился с его новыми улицами и проспектами.

Брест 2017 года — совершенно другой город, кардинально отличающийся от Бреста тридцатых или даже семидесятых годов прошлого века. Эти временные рамки сложно зафиксировать, но могу вам с уверенностью сказать, что рождённые и ныне живущие дети живут совсем в другом Бресте. Бресте, которому нужны перемены.


Сейчас все имеют право законно претендовать на жильё, делать свой выбор. То же самое происходит и в градостроительстве. Я думаю, что если у Лисецкого была возможность, то он бы усеял всю улицу восхитительными виллами Палладио — ведь это здорово! Но подумайте, сколько стоит одна такая вилла. Поэтому в результате получился тот самый «Styl Narodowy», ведь всё упирается в потребности человека.И хотя мы живём в мире, в котором реально абсолютно всё (были бы деньги), но вы должны понимать, что при этом всё должно быть органично. В данный момент я работаю с детальным планом всего центра, и вопрос органичности встаёт с каждым кварталом — как сохранить то, что действительно ценно, но не отрываться при этом от реальности и воздержаться от слепого следования аутентичности.

Если бороться за аутентичность, давайте будем бороться до конца. Изменим функционирование, проложим дорогу из булыжников и пустим по улице конные экипажи.

Решение сохранить дома в первозданном виде — очень серьёзное решение, которое должно быть взвешенным и экономически оправданным. Однако город должен быть к этому решению готов. Всё было бы возможно, если бы была создана определённая программа, позволяющая приносить городу прибыль.В Риге, например, есть один деревянный дом в русском стиле. Так вот там по всему городу развешены плакаты «У нас супер! Дом деревянный! Сохранена культура!» и т.п. То есть создана программа, которая работает, превращая этот деревянный дом в настоящую туристическую диковинку.

А теперь два вопроса для жителей: сколько раз в неделю вы специально прогуливаетесь по Леваневского? И сколько вы готовы заплатить за каждую такую прогулку, чтобы компенсировать траты, которые понёс город, восстанавливая ветхие деревянные дома? Могу заверить, что если эти траты будут сброшены на плечи людей, то картина получится не очень приятная.


Признаемся, что квартиры тут будут покупать далеко не бедные люди, которым хочется жить в историческом районе и которые готовы платить за это двойную цену. Если бы подобные дома были построены в обычном квартале с усадебной застройкой, то покупатели бы заплатили в два с половиной раза меньше.Жильё получается дорогим, потому что это исторический центр.

Я не могу сказать, что архитектура новых домов станет беспрецедентной. Это практически сдублированный Лисецкий, но с добавлением современных коммуникаций и удобств.

Цена удвоилась за счёт того, что пришлось убрать старый жилищный фонд и разместить живших тут людей. Это плата за «центральность» и за возможность находиться в самой гуще жизни: до банка, например, вы дойдёте за 10 минут, до театра — за 15. К тому же, дополнительную ценность создаёт и тот самый дух Лисецкого, дух времени.Я, как архитектор, вписываюсь в этот проект и смело могу сказать, что делаю это с большим удовольствием. И я, в свою очередь, сделал всё, чтобы эти дома не выбивались из общего фона, были комфортными и всецело принадлежали этому месту по духу.


Фото — Василий Брух

Рендеры — Творческая мастерская «Студио А-3»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Правовая информация

ООО БИНКЛБАЙ УНП 291432476

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: