Войти с помощью: 
Войти с помощью: 
Пароль будет отправлен вам на e-mail.

В своё время жители Бреста делились на 2 типа: те, кто ходил в «Матрицу», и те, кто предпочитал «Планету». Конечно, заведений в 2000-е было куда больше и за каждым стоит своя история. Мы встретились с человеком, который приложил свою арт-директорскую руку ко многим клубным заведениям города – Родион Романюк рассказал о том, как выжить клубу сейчас и почему, если заведение закрывается, это только на пользу. Прошлись (словом) почти по всем канувшим в Лету клубам!


Сейчас Родион – один из директоров недавно открывшегося (и нашумевшего) клуба «Celsius». Ранее мы публиковали репортаж с его открытия. Прямо скажем, не самый лестный, потому что клуб-новичок явился скорее улучшенной и приукрашенной версией стойкой «Планеты», чем новым явлением в клубной жизни города. Как оказалось, Бресту только это и было необходимо. А техно-волна до нас так и не докатилась…

Кроме клубов как таковых, в 2000-е брестские тусовки имели еще несколько опорных пунктов, с которыми у многих связана юность: «Гродно», дискоклуб в парке, в своё время «пляц», «ледовый» и дискотека в ЦМТ. Родион начал как раз с «детских» развлечений, потом продолжил в «кабаках» и сейчас штурман одного из самых крупных заведений города. Как нащупал верный путь? Это история длиной в 17 лет и дорогой из дискотеки в ЦМТ до собственного клуба.

ПУТЬ

Я вёл дискотеки со школьных времён. Потом были ФОК, ЦМТ, «Везувий», кафе «Сказка», «Москва», «Матрица», «Паутина», «Сфера». Днем я работал на телевидении звукорежиссером, а вечером — на дискотеке. И так 6 лет. Нас с Сергеем Гречухой (Dj Tim) из ЦМТ знал весь город, который туда и съезжался. Вся несовершеннолетняя молодежь. Те, кто уже работал в ночных клубах, – были другой кастой, нежели простые диджеи с дискотек. Все стремились к их уровню.

Довелось поработать почти во всех клубах этого города, кроме «Zio Pepe».  Даже в самом, наверное, злосчастном – один день в “Арлекино”. Точнее, отработал 3 часа и ушел. Там был своебразный хозяин, мы не сработались. Они до сих пор существуют. Но лишь потому, что помещение находится в собственности. Иначе всё бы «съела» аренда.

Я всегда, кстати, был немодным диджеем: крутил попсу, а не клубняк. В «Москве» за ночь мог заработать 3-месячную зарплату на банальных заказах песен. Бывало, выходило и 1000 долларов за ночь. Минимум – 100, а в среднем — 300-400.

Также всегда любил наблюдать за людьми на дискотеках, думать над тем, что им интересно. Придумывал темы и сценарии вечеринок, искал причины, почему меняется посещаемость. И так как-то сложилось, что однажды меня позвали работать режиссером дискотеки (тогда эта должность так называлась).

АЛГОРИТМ: почему в один клуб ходят, а в другой — нет?

Все клубы, в которых я работал, были успешными. Мы знали срок, который они отработают, знали, какие будут выручки, и в глубине души понимали, как долго это продлится. В среднем клуб живет 5 лет. Нет ни одного клуба, который превысил бы эту планку. А через 5 лет тот, кто разбирается в этой сфере, клуб закрывает. Все остается: имущество, кухонное оборудование. Можно переждать годик/два/три и открыться либо в другом месте, либо там же. Россияне так и делают: через месяц открываются с той же мебелью и посудой. К примеру, у меня есть друг в Москве. У него уже было 5 клубов, и клубы серьезные. Никто этого не знает, но, по правде говоря, это один и тот же клуб. Происходит только ребрендинг.

Факторов, влияющих на работу клуба, очень много. В Беларуси в последнее время клубную индустрию убили бары и кафе. Те могут существовать десятилетиями с парой официантов, поваров и одинаковым меню. Клубу же надо меняться.

Чтобы были люди, на это должно работать все. Потерять можно человека по 10 разным причинам, и у каждого посетителя – своя десятка таковых. Кто-то останется не доволен кухней, кто-то — музыкой, кто-то — туалетом или интерьером. Вот вам и минус посетитель по каждому пункту. Ошибка в позиционировании перед открытием — и придет всего 100 человек.

Очень важен простор – наши люди любят большие площади. Чем меньше людей, тем меньше выбор. Все ведь до единого приходят с целью познакомиться. Выпивка — это всего лишь способ расслабиться и пойти на контакт. Именно поэтому в клубах должны быть медленные песни — мужчинам нужен повод, чтобы подойти. Те, кто посмелее, конечно, используют вариант: «Можно ли вас чем-нибудь угостить?».

Серьезный пункт при владении клубом – следить за качеством кухни. Она должна быть приемлемой и доступной. Если посетитель отдает деньги скрипя зубами — становится очень требователен. Почему, например, ездят в Украину? Чтобы почувствовать себя человеком. Да, это не самая вкусная кухня, но простая и там большие порции: не жалея, дешево, жирно. Не должен человек отдавать последнее. Он должен уйти сытым, не обеднев при этом.

Люди идут туда, где есть… люди. Если в заведении пусто — не останутся даже на полчаса. Можно оформить всё максимально дорого, а в итоге никого не будет. У нас не выживало ни одно заведение, которое было заявлено как элитное: ни “Матрица”, ни “Сити”. Вот надеемся, что “Корова” сможет.

Не думаю, например, что техно-формат у нас приживется, хотя в Минске и расцвели сейчас эти вечеринки. Но вечеринки – это не клуб. Вечеринка нужна для того, чтобы напоминать городу о заведении. Это затея для поддержания имиджа, а не для привлечения людей. Такие движения не для Беларуси — нет клубной культуры. Все наши модные диджеи давно за границей. Наш менталитет не позволил выжить еще ни одному заведению подобной направленности. Слишком узкий контингент людей. Нет массовки. У нас пивные с деревянными лавочками на улице приносят больше выручки. Славянские страны – это простые люди, нет модных масс. Почему Казантип и Ибица выживают? Это те 2 локации, куда съезжаются со всего мира.

Есть заведения, которые открываются, заведомо зная, что будут убыточны. Но они открываются с другими целями – например, для отмывания денег. Или для себя. Однако я не сторонник открывать заведения для эго или имиджа, чтобы быть модным ресторатором.

Мы встречались с Родионом на ступеньках «Матрицы», когда-то освещающей лучом славы городское небо. Некогда здесь кипела жизнь, а на ступеньках «решали вопросы». Родион работал в клубе на этапе попыток «поднятия с колен», а сейчас по полочкам разложил нам, почему его (и не только) не стало. Наш герой застал финальные титры большинства заведений, где можно было потанцевать. Было ли все так, как нам казалось?

МАТРИЦА

Здание “Матрицы” было придумано и построено как клуб, боулинг и, кстати, гостиница. Тем не менее отработало оно, как и все – 5 лет. Хотя, вру: всего 6,5 лет, но успешно – 3 года. В свои лучшие времена «Матрица» была примером передового клуба, модного, форматного. Даже минчане могли только мечтать о таких помещениях. Он считался культовым для всей Беларуси – народ ездил отовсюду. Крутые привозы, которые делались, не окупались, убытки были колоссальные. Но в те времена, когда клуб только открылся, руководство заработало своё, и их не волновало будущее клуба: они хотели быть модными. И это у них получалось.

В “Матрицу” вложен миллион долларов – столько же нужно, чтобы ее возродить. За 200-300 тысяч долларов можно открыть только плохой клуб. Хороший клуб потянет как «Матрица».

Я попал сюда спустя 3,5 или 4 года после открытия – меня пригласили работать в клуб, который уже чах, потому что в субботу здесь было 20 человек против 600-700 в «Планете» и 500 в “Москве”. «Матрица» закрылась из-за банальных вещей: там не было дешевой водки, играла только клубная музыка, вход — платный и недешевый, на крутые привозы ходили одни и те же люди. Но их ограниченное количество — хорошо, если тысяча наберется на Брест. А остальная простая белорусская молодежь (славяне в душе) приходит выпить и закусить.

ПЛАНЕТА

«Планета» держится дольше, чем 5 лет, но это все по одной простой причине – помещение в собственности, деваться некуда. Клуб «висит» на продаже лет, наверное, 10. Закрыть не могут, продать тоже не могут — и вынуждены работать. Благо, не надо платить аренду, а на коммунальные услуги и зарплаты они себе зарабатывают. Но такой отличной прибыли, как раньше, уже нет. Хотя, наверное, нельзя быть уверенным на 100%: может, иногда и есть — последние 2-3 года они одни в городе, конкуренции нет.

Пожалуй, это самое удачное место в городе по конфигурации помещения (причем слизано это у американцев). “Планета” — точная копия американского клуба: большая площадь, огромный танцпол, высокий потолок, кабинки, огромная двухсторонняя барная стойка, расстановка мебели. Даже на сегодняшний день это актуально.

Простой народ идет в «Планету», однако она очень испортилась: никакого фейсконтроля и дресс-кода.

СФЕРА

Я работал от открытия до закрытия и в «Паутине», и в «Сфере». Кто помнит – до этого там находился «Везувий». Тоже поработал там, но диджеем. Все клубы, что были в том помещении, поверьте, окупились с лихвой и принесли свою прибыль. Закрылись они лишь потому, что пришло время: клуб выходит на определенный уровень, приносит прибыль — и в определённый момент курс идет вниз, на спад. В основном это именно так: отработали 5 лет, выработали свою публику, людям поднадоело, ждут чего-то нового. Нужно просто взять и вовремя закрыться, как бы ни хотелось работать еще.

При открытии «Сферы» я повелся на моду и пригласил видеоблогеров: были такие видеообзоры «Клубный штрих» с Артёмом Рыбакиным. Это вылилось для меня и клуба в черный пиар. Сработало, как и должно было сработать, — как бомба. Ставка была на то, что репортаж обеспечит заведению ажиотаж и люди быстро о нас узнают. Я не посмотрел заранее то, что потом вышло в эфир, и получил ролик, который посеял мнение о плохой публике у нас. На протяжении 2-3 месяцев нам приходилось расхлебывать дурную славу и ломать стереотип о публике. Мы ввели жесткий фейсконтроль: не пускали людей, придирались к каждой мелочи. В общем, перекрыли его слухом, что к нам не попасть, — это нас и спасло. Народ продолжил ходить.

Клуб окупил себя несколько раз за первые 3 года. Потом пошел резкий спад людей из-за падения потолка — обвалился прямо посреди ночи. За одно утро весь город узнал, что в «Сфере» потолок упал на людей. Тут я не смог сделать ничего – люди просто одномоментно перестали ходить. Здесь не объяснишь, что упала не бетонная плитка, а легчайшая подвесная конструкция. Тех 150-200 человек, которые продолжили ходить, не хватало. Мы закрылись, сделали ремонт, открылись — и снова пошли люди. Позже «вылезли» кое-какие юридические ошибки владельцев, поэтому клуб пришлось окончательно закрыть, хотя дела начинали идти в гору.

ZIO PEPE

А что от него осталось? Сейчас там банкетный зал и караоке. Это уже не клуб, а нечто непонятное. Караоке, конечно, соблазнило всех. Хотя интерес уже конкретно спал. Думаю, нашему городу было бы достаточно двух караоке – «Соло» и «Жемчуг». Хорошо сделано, со вкусом. Стоит ли «Жемчуг» твердо на ногах – большой вопрос, кстати. Большое заведение очень дорого содержать, нужны толпы посетителей.

СELSIUS

Мы открыли «Цельсий» — и в городе не стало людей. Ближайшие 3 года вся тусовка будет там. Идея вынашивалась очень долго: я учел все свои ошибки, искал интересное и выгодное помещение, чтобы совместить все, что поможет выжить клубу. Есть дискотека и ресторан, совмещенные в одном помещении, то есть мы можем позволить себе взять заказ и на банкет, и на бизнес-ланчи, и на завтраки. На выходных работа в том числе и ночью. В комплексе всё дает хороший результат. Снимать помещения для этих целей по отдельности в нашей реальности заведомо убыточно.

У меня не раз спрашивали: «Почему не вложили деньги в интерьер?». Так, чтобы по-богатому, для обеспеченных людей. Но богатые люди массовку не задают. Гости заходят, открывают меню: если человек не может себе позволить хотя бы выпить и закусить, то, какой бы там ни был интерьер, он останется не доволен. Как бы ни было круто, они придут, повосхищаются, но не зачастят.

Мы имеем самые низкие цены на кухню и спиртное. Делали все с расчетом на то, чтобы простой работяга с зарплатой в 300 рублей раз в неделю мог позволить себе зависнуть у нас на 20 рублей. У себя я не делаю ставку на изыски. Комплимент — первым клиентам, именинникам – десерт.

Сегодня я вижу по 1000 человек в зале и понимаю, что за 10 лет ничего не изменилось. Разве что люди научились быть более требовательными к качеству и обслуживанию. В течение 3 лет я не работал в индустрии, а сейчас вернулся. Пощупав рынок, понимаю, что, если годик-два подождать, кризис начнет «отпускать» людей. Народ станет гулять лучше. Сейчас самые тяжелые времена для общепита: мало людей и космические аренды с коммунальными.

Кстати, мы не делаем фотоотчеты. Публика – серьезная, заведение – для «расслабиться». Бережем личную жизнь и «хлеб и зрелища» наших клиентов от чужих взглядов и суждений. У нас бывают фотоотчеты с прошедших мероприятий, но уж никак не с каждого вечера.

АРТ-ДИРЕКТОР

Хочешь узнать людей – иди в общепит. За несколько месяцев книга жалоб заканчивается во всех заведениях. Всякое бывало: и стекло подбрасывали, и на время ожидания жаловались, и скандалы устраивали, чтобы не платить. Но моя позиция такова: даже самый недовольный клиент должен уйти без возможности высказать претензию. Не взял с такого денег – ему нечего предъявить. Как правило, подобные фокусы «прокатывают» только один раз. И разбираться с ними арт-директору.

Эту профессию можно назвать «и жнец, и чтец, и на дуде игрец»: и вечеринки придумай, и афишу сделай, и в интернете раскрути, и на площадке отработай. Зарплата у арт-директоров в Беларуси невысокая. Хотя не скрою, что есть свои лазейки, как заработать лишнюю копейку. Например, откаты от выступлений артистов, а также процент от выручки за успешное мероприятие (правда, только в том случае, если хозяин клуба адекватный и понимающий сложность подготовки мероприятия). Если клуб солидный, то, как правило, арт-директор не нуждается в этих лазейках и получает около 10% от чистой прибыли заведения.

Если мероприятия приносят прибыль, то арт-директор в шоколаде (при условии порядочности хозяина клуба). Если же они убыточны, значит арт-директор плохо изучил аудиторию и предпочтения города, выбрал неправильную дату/время или провел слабую рекламную кампанию. В лучшем случае — получит нагоняй от учредителей, а клуб возьмет на себя эти убытки под предлогом «не прокатил артист». В худшем — будет уволен за некомпетентность. Как правило, учредитель просто меняет арт-директора после второго прокола.

Плох тот арт-директор, которого уволили через 2-3 месяца. Но если заведение себя изжило, никакой арт-директор его не спасет. Необходимо просто принять решение. Закрывается клуб – к лучшему. В большинстве случаев это предсказано.


Если вы помните, в здании «Матрицы» размещался клуб «Сити», который жил активной клубной жизнью после того, как старушка-матрица откланялась. Душевных прикипаний клуб не вызвал и попросту отжил своё. «Москва», так любимая поколением, которому сейчас под 50, вынуждена была сложа руки сдаться, так как площади выкупили под другую аренду.

Обсуждали еще несколько заведений, которые находят на виду в городе. Родион отметил COYOTE с интересным решением второго этажа, ЛОФТ с проблематичным позиционированием и крутым интерьером и наши так называемые стрип-клубы aka ПИЛОН и НОЧНЫЕ ФАНТАЗИИ. По словам героя, в такие клубы у нас элементарно некому ходить. Нет такого количества мужчин, которые могут позволить себе сидеть в стрип-клубе и не оглядываться, чтобы не встретить того, кто потом расскажет, что встретил тебя. За KOROVA тоже говорили, но это пример узконишевого заведения, с форматом и ореолом «не для всех». Ну, кто помнит «Матрицу», тот поймет.

Противостояние между аляповатыми клубами и концептуальными будет всегда. Границы его, правда, стираются по мере алкогольного движения вечера. Или нет? Или клуб — ничто, имидж — все?! Вот вы — куда ходите в нашем Бресте?

Фото: Роман Чмель, Дима Ветер.


Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Правовая информация

ООО БИНКЛБАЙ УНП 291432476

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: