Войти с помощью: 
Войти с помощью: 
Пароль будет отправлен вам на e-mail.

10 сентября на главной площади города в рамках театрального фестиваля “Белая Вежа” Львовский академический театр “Воскресіння” и режиссер Ярослав Федоришин представили свою неклассическую интерпретацию классического произведения.

img_8996

Антон Павлович Чехов написал пьесу в 1896 году, с тех пор она была поставлена и интерпретирована множество раз. Белая вежа 2016 показала Чехова без слов, но зато с ходулями и фейерверками.

На уличные спектакли всегда собирается много народу — так и в этот раз — люди приходят задолго до начала, чтобы занять места получше. Актёры и персонал готовятся к постановке — проверяют звук и свет, расставляют иногда не совсем понятный реквизит: но всегда интересно попытаться угадать — что это за предмет и для чего он нужен. Звучит Океан Эльзы.

Вот заканчиваются все приготовления — уже почти стемнело. Актёры и работники сцены уходят, зрители стоят вокруг пустой площади. Глубокий сумрак и тихая музыка. Стою в толпе — вокруг оживлённые разговоры, улыбки, предвкушение праздника, тихий мужской голос поёт о чём-то проникновенном и очень грустном.

Начало немного задерживается. Зрители в нетерпении начинают хлопать, зовут артистов. За кулисами замечают молодого человека в костюме — явно ведущий. Значит, сейчас начнётся.

img_8990

Уличный театр сильно отличается от традиционного, в основном из-за отсутствия возможности передачи идей словами — через монологи и диалоги действующих лиц. Режиссёру приходится находить иные решения, более важную роль играет организация пространства, пластика и мимика актёров, театральный реквизит.

Здесь вместо обычных кулис огромная белая простынь, как экран для изображения проектора. С неё и начинается спектакль — в полной темноте появляется изображение человека: он плывёт и уходит под воду, затягивая с собою и самого зрителя, несёт его ко дну… Внезапно картинка обрывается, экран гаснет, и вверх взлетает механическая чайка и падает: также, как падает замертво живая птица.

На площади появляется группа людей, они идут по кругу, приветствуют зрителей, улыбаются. Один из них несёт похожую механическую птицу, он заводит её, и полупрозрачные крылышки трепещут в его руках. После птицу запускают — и она летит прямо к зрителям, делая их тоже частью спектакля.

img_9000

Режиссёр использует много мелочей, которые помогают зрителям разобраться в ходе сюжета и распознать героев.

На площади обычная жизнь богатых помещиков где-то на море: молодые веселятся и играют, взрывают шутиху, пепел ветром поднимает вверх и несёт в толпу

На площади обычная жизнь богатых помещиков где-то на море: молодые веселятся и играют, взрывают шутиху, пепел ветром поднимает вверх и несёт в толпу

Это ещё одна вещь,  почему я люблю уличные представления Белой вежи: зрители стоят практически прямо на сцене и на них, верней, на нас может лететь пепел, искры, литься вода, можно оказаться посреди облака цветного дыма, а над головою огромные люди на ходулях будут щёлкать плётками или прямо в руки может прилететь птица.

Внезапно в небе разгорается салют. Выходят люди из высокого общества — режиссёр передаёт их социальное положение довольно буквально — ставит их на ходули

Символичное возвышение над обществом главного героя в конце пьесы

Сцены меняются одна за одной: теперь выходят три старика, они носят какие-то мешки и старый хлам, будто тащат за собою груз устаревших понятий и морали

Сцены меняются одна за одной: теперь выходят три старика, они носят какие-то мешки и старый хлам, будто тащат за собою груз устаревших понятий и морали

Следующая сцена печальна: Константин выбирает Нину, делая несчастной Машу и обрекая её на безответную любовь

Следующая сцена печальна: Константин выбирает Нину, делая несчастной Машу и обрекая её на безответную любовь

И тут же вновь шоу и маскарад: только что происходившая трагедия превращается в фарс

И тут же вновь шоу и маскарад: только что происходившая трагедия превращается в фарс

Однако наступает время знаменитого монолога Нины, на возвышении посреди площади, медленно и плавно танцует девушка с белыми крыльями, словно чайка парит над землёю. Свет приглушен: завораживающее зрелище, особенно на контрасте с прежним быстрым действом.

Появляются ещё две пары, тоже танцуют с крыльями по медленную обволакивающую музыку…

Появляются ещё две пары, тоже танцуют с крыльями по медленную обволакивающую музыку…

И вдруг все начинают кричать: костя! костя! — и этот крик так похож на беспокойные крики чаек, к тому же белые крылья в руках героев не дают ошибиться и превращают их всех, не только Нину, в людей-чаек. Раздаётся выстрел — будто подстрелили одну чайку — все резко замолчали, в страхе и тревоге, но всё в порядке, всё снова кажется фарсом и игрою.

Наступает черёд юмористической зарисовки. Теперь на площади баня: артисты выходят с тазиками на голове и похлопывают друг друга вениками. Все смеются и наслаждаются жизнью, умудряясь смешать в своём поведении бесстыдство и  скромность.

Наступает черёд юмористической зарисовки. Теперь на площади баня: артисты выходят с тазиками на голове и похлопывают друг друга вениками. Все смеются и наслаждаются жизнью, умудряясь смешать в своём поведении бесстыдство и скромность

Наступает черёд юмористической зарисовки. Теперь на площади баня: артисты выходят с тазиками на голове и похлопывают друг друга вениками. Все смеются и наслаждаются жизнью, умудряясь смешать в своём поведении бесстыдство и скромность

сцена рыбалки, где крепостные вешают на крючок рыбу, а когда та заканчивается - и жестяное ведро

сцена рыбалки, где крепостные вешают на крючок рыбу, а когда та заканчивается — и жестяное ведро

От контраста с весёлыми сценами трагические моменты становятся только ярче. Вот девушку будто венчают с диким морем, по которому плывут корабли и твари морские. На площадь выезжают скелеты динозавров, большие, белые, как из настоящих костей; они движутся медленно и торжественно, оставляют за собою шлейфы цветного дыма. И ты чувствуешь связь настоящего с глубоким прошлым, настолько древним, что снова становится мрачно и тоскливо. На экране появляется надпись: “Страшно. Страшно. Страшно”.

А вот — главного героя изгоняют из общества — он заглядывает в лица зрителей, толпы, его окружившей и зрители вновь становятся частью представления. До конца пьесы он еще иногда появляется наверху сцены. Раздаётся стук печатной машинки, а на экране появляются его вымученные фразы. Из последних сил он раздаёт девушкам крылья, но и это становится бессмысленным — эти крылья будут сожжены, надежды не останется и молодой литератор застрелится: с неба упадёт мёртвая чайка.

В конце спектакля рассказывается, как сложилась жизнь остальных героев.

Вообще спектакль оказался зрелищным и оригинальным, запомнился быстрой и глубокой сменой картин и их настроения: от печали до незамысловатого житейского юмора. Снова и снова трагедия переплеталась с комедией, отчего весь спектакль и эти два крайних состояния воспринимались ещё ярче и живее.

Режиссер постановки Ярослав Федоришин

P.S. Забавный момент получился в конце спектакля после того, как актёры вышли на поклон. Ведущий хотел вручить коллективу грамоту, но не совсем угадал с моментом и не вписался в запланированный выход актёров: он пошёл к ним с грамотой, а актёры от него убежали.

P.P.S. Кстати, в рамках фестиваля Белая вежа в этом году состоится ещё один уличный спектакль. 16 сентября в 18.00 на площади Ленина Театр Нового Фронта из Праги представит спектакль CAUSA FATALIS.

фотографии Роман Чмель

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Правовая информация

ООО БИНКЛБАЙ УНП 291432476

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: